Следующим клипом были «Иномарки» «Би-2». Я взял со стола пульт и сделал звук чуть погромче, сел на диван, просил у Анюты:
– Что ты пишешь, доклад?
– Да. По литературе Великобритании и США. «Война в творчестве Хемингуэя».
– Помню, я курсе на третьем тащился от Хемингуэя. Особенно от рассказов. Правда, не помню, названий – ну, там, где главный герой Ник.
Я встал с дивана, дошел до окна. Дождь уменьшился. У забора таксопарка тусовалась компания местных парней и девчонок.
– Что, переживаешь – ехать, не ехать? – спросила Анюта.
– Да не особо. Решил ведь уже, все.
– И хорошо. А то хуже всего, когда начинается: а я правильно делаю или нет? Может, лучше остаться? А сравнивать не с чем, откуда ты можешь знать, что было бы здесь, если бы ты не уехал? Или что у тебя будет там?
– Ну да, все так. Ты права.
«Иномарки» закончились, началась реклама журнала «Cool Girl». Я взял пульт и выключил звук.
Анюта спросила:
– А как родители среагировали?
– Мама – не очень, папа – нормально.
– Ну и ладно. Она тоже привыкнет. Придется смириться.
Я прилег на диван, взял журнал «Фузз», начал листать. Зазвонил телефон, Анюта взяла трубку, подала мне.
– Привет, Дим. Как дела? – Это был Леха, бывший басист моей группы.
– Так себе. Дождь этот противный, никакого вообще настроения…
– Забей ты на дождь, в жопу его. Короче, я вот почему звоню – у меня один пацан хочет басуху купить. Дает полста баксов. Я подумал, подумал – инструмент, по ходу, так себе. Не «Урал», конечно, но и «Музима» сейчас мало что стоит… Короче, хочу у тебя спросить – там и твои бабки вложены, ты половину давал…
– Забудь про те бабки. Сколько уже лет прошло? Десять?
– Девять. Но все-таки…
– А ты что, вообще не играешь на ней? Так, для себя?
– Не-а, уже года два, может, в руки не брал…
– Правда?
– Ну да, как-то все времени нет. А ты на гитаре играешь?